Статья "Рак души" в газете "Остров свободы"
«ПЕРВЫЙ МОЙ ПАЦИЕНТ УЖЕ 25 ЛЕТ НЕ ВСПОМИНАЕТ О НАРКОТИКАХ»
Как рождался ваш уникальный метод лечения?
Начиналось все с частной практики лечения с помощью стресс -шоковой терапии пациентов после инсульта, больных ДЦП и страдающих алкоголизмом. Это давало неплохие результаты: бы¬ли случаи, когда после сеансов парализованные не только начинали шевелить руками и ногами, но поднимались с колясок и таи без костылей. Тогда же у меня появился и первый наркозависимый пациент. С тех пор прошло 25 лет он жив-здоров. Бросил употреблять наркотики, создал семью, добился успехов в жизни.
Смотрела в записи ваш сеанс, зрелище отнюдь не для слабонервных...
Это вызвано необходимостью стрессового вмешательства в психику больного и внушения мысли, что наркотики — это смерть. После лечения пациенты не должны допускать возможности вернуться к их употреблению, Наши сеансы — не релаксация, а напряжение. Но с каждым больным мы работаем по индивидуальной схеме.
Такое впечатление, что во время сеанса вы и сами находитесь в состоянии транса.
Так и есть. Метод стресс-шоковой терапии предусматривает зеркальное отображение всего происходящего на сеансе, поэтому и врачи, и пациенты во время лечения и после него испытывают сильнейшее перенапряжение. Лично я сбрасываю по три кило веса, а колоссальная нагрузка даже привела к проблемам со зрением: отслоилась сетчатка.
Кроме стресс-шоковой терапии, у вас есть другие методы?
По желанию пациентов, чтобы закрепить эффективность лечения. Больному вводится специальный препарат длительного действия. не совместимый с наркотикам, либо имплантируются блокаторы опийных рецепторов. Некоторые больные хотят знать, что их ждет, если они сорвутся. Тогда проводим так называемую провокацию, вводится не большая доза наркотика, которая может привести к смертельно опасным состояниям: остановке сердца, дыхания, отеку мозга, коме, судорожным приступам. Из этих состояний его выводит реанимационная бригада. Мы называем это "лечение смертью», но к подобным наглядным методикам мы прибегаем в единичных случаях.
По вашему мнению, наркозависимость — болезнь или что то другое?
Я называю наркозависимость раком души, который своими метастазами разрушает жизнь не только того, кто употребляет наркотики, но и его близких и родных.
Были пациенты, которые возвращались к вам вновь?
Некоторые возвращались и во второй, и в третий раз. Случается, приходят, как я называю. Бесперспективные больные, не настроенные на избавление от наркозависимости. В таком случае я сразу предупреждаю и пациента, и его родителей, что лечение вряд ли будет успешным.
«ГЛАВНОЕ— ВЕРНУТЬ НАРКОМАНАМ ВЕРУ В СЕБЯ»
Обратила внимание, что у вас очень доброжелательная обстановка: к пациентам относятся очень уважительно.
Это люди, которые пришли получить от нас помощь, уже то. что они хотят излечится, заслуживает уважения. Такое отношение к Больному — часть метода лечения. Не секрет, что даже сами наркоманы махнули на себя рукой. Мы пытаемся вернуть им веру в себя. Да. они больные, но не отбросы общества. Поэтому я всегда говорю своему пациенту: «Я не ТЕБЯ ненавижу, я ненавижу в тебе НАРКОМАНА» и как бы «препарирую» его на две части: его наркоманскую личность и нормального человека.
Удивило, что центр мало похож на клинику, где лечат от наркозависимости: на окнах нет решеток, никакой охраны, пациенты свободно передвигаются по территории.
Лечение — дело добровольное. Приехал — лечись. С пациентом все время находится кто-нибудь из родных. Без сопровождения он не имеет права выходить за пределы клиники. Нарушаешь режим — до свидания, возвращаем деньги за лечение и выгоняем без разговоров.
Правда, что саморекламой вы не занимаетесь? Как о вас узнают?
По «цепочке» — от вылечившихся у нас больных. На лечение едут из России, Израиля, Канады, Германии, Турции, Италии, США, Беларусии, стран Востока. Сейчас лечатся два грека, совсем не говорящие по-русски.
Как же вы общаетесь с ними?
Во-первых у них есть переводчик, а во-вторых, на сеансе важны не только слова, но и жесткая, авторитарная интонация, с которой они произносятся.
Почему лечите только иногородних или иностранцев и не принимаете запорожцев?
Местных тяжело удержать от соблазнов, которые совсем рядом.
Среди ваших пациентов были известные личности?
Приходилось лечить довольно известных людей среда певцов и музыкантов. Кого именно — врачебная тайна.
«ПОЖАЛУЙСТА, ЖИВИ!»
Вам никогда не приходит в голову мысль, что вы боретесь с ветряными мельницами?
Я должен оказывать помощь тем. кто этого хочет, а бороться с распространением нар¬котиков должно государство, причем самыми жесткими методами.
Что вы говорите пациенту,когда он выписывается из клиники?
Прошу, чтобы он остался жить. Потому что те. кто срывается и возвращается к наркотикам, могут действительно умереть.
А если человек сорвался. но опять приехал к вам лечиться. ваши первые слова к нему?
(повышает голос, в нем появляются «железные нотки», — ред.) Мне обидно за то, что ты не смог!
Вы общаетесь с бывшими пациентами?
Очень со многими. Звонят, пишут письма, общаемся через интернет.
Некоторые, говорят, называют вас вторым отцом, кто-то Богом...
Иногда действительно казалось, что я как Бог, смогу все. Но реальность опустила меня на землю. Я испытываю огромную боль, что не смог спасти собственную жену, умершую от онкологии.
Вам есть чем гордиться в жизни?
Результатами нашего центра: мы грамотно и квалифицированно помогаем тем, кто в этом нуждается.
Сколько ваших пациентов навсегда избавились от наркозависимости?
От 70 до 80 процентов. Остальные, увы. перебороть в себе зависимость не смогли. Мой метод дает очень хорошие результаты, но он не всесилен. Держит ведь не капсула, держит то, что мы пытаемся выгнать наркотик из головы. Если сорвался — это неудача нашего коллектива, которою мы не только анализируем, но и проносим через себя.
«ЦИФРА»
В 1985 году в области зарегистрировали 140 наркозависимых, сейчас — около 10 тысяч. Из них более 600 человек несовершеннолетние. В Украине цифра больных наркоманией уже «зашкалила» за 100-тысячную отметку. Специалисты же утверждают, что число наркозависимых больше официальных данных в разы.Автор Ирина Чередниченко, из публикации "Рак души" в газете "Остров свободы"
